Ну вот, кажется, можно подводить итоги «празднования» юбилея революции. В России и во всем мире этому событию было посвящено немало ярких событий — от научных лекций и симпозиумов до выставок, телесериалов, кинофильмов. Не остались в стороне и музыканты, отметив столетие Октября в концертных залах и даже оперных театрах.

Не то чтобы было открыто нечто доселе неизвестное, но появились новые толкования отдельных исторических моментов и некоторых произведений искусства. А значит, мы смогли более трезво, без патетики и излишней романтики взглянуть на события тех лет и на их отражение в советской мифологии. Многое стало понятнее.

Например, удивительный концерт провел дирижер Владимир Юровский в Большом зале Московской консерватории. В программе было два произведения, написанных великими советскими композиторами Прокофьевым и Шостаковичем к юбилеям Октября. 

Шостакович написал свою Вторую симфонию в 1927 году, к десятилетию революции. Ему был всего 21 год, но его имя было уже хорошо известно, потому что его Первая симфония, написанная двумя годами раньше, завоевала международный успех. Дмитрий на тот момент был очень беден. Чтобы выжить, он брался за любую работу: таперил в кинотеатре, делал аранжировки — всё это, конечно, за копейки. И вдруг — госзаказ. И композитор мастерски этот заказ выполняет. И сегодня, сквозь годы, стало ясно, что Шостакович, обладавший редчайшим даром юмора в музыке, как раз немного подшутил, или, говоря современным языком, прикололся.

Одночастная симфония у него распадается на две неравные части. Первая — яркая и подвижная, в ней масса фантазии, много звуковых эффектов. А вторая часть (хоровая) — совершенно другая: это бесцветная, пафосная и крикливая музыка на бездарные стихи революционного поэта Александра Безыменского (текст был композитору навязан Агитотделом Госиздата).

Шостакович, тонкий и деликатный мальчик из интеллигентной семьи, не мог не видеть, что стихи ужасны. «О Ленин! Ты выковал волю страданья, ты выковал волю мозолистых рук!»… Но что поделать — заказ. И деньги нужны. И юный композитор, сжав губы, пишет на эти стихи такую же ужасную музыку. Сегодня понятно, что это именно прикол, шутка, розыгрыш: никакого пафоса в музыке нет и в помине. А тогда этого никто не понял.

Не менее интересна ситуация и с кантатой Прокофьева. Положить на музыку тексты Маркса, Ленина и Сталина, да так, чтобы это не выглядело глумлением и оскорблением для большевиков-фундаменталистов, — архисложная задача. И автор старался изо всех сил. Он работал над этой кантатой более пяти лет. Но увы! Замысел «эмигранта» Прокофьева был разгадан. В год 20-летия Октября, а также приближения 50-летия Вождя всех народов, чиновники не решились представить пред высочайшие уши распевание строк классиков марксизма-ленинизма. «Хватит одного сумбура вместо музыки» — наверное, подумали они…

Так что кантата Прокофьева при жизни автора никогда не исполнялась (а смерть композитора, кстати, день в день совпала со смертью Сталина). Впервые это сочинение было полностью исполнено в 1992 году. А на концерте Юровского в БЗК этa кантата всем очень понравилась. Она оказалась такая энергичная, шумная, очень веселая. И слова классиков вызывали у всех только озорные улыбки: уже никто всерьез не мог принять фразы типа «Нам нужна мерная поступь железных батальонов пролетариата». В общем, пришло время, когда это произведение полностью освободилось от идеологического контекста и его можно слушать и улыбаться.

За этот юбилейный месяц немало было поставлено и оперных, и балетных спектаклей, имеющих отношение к теме. 

В театре «Санкт-Петербургъ опера» режиссер Юрий Александров возродил оперу Вано Мурадели «Октябрь», сыгранную лишь раз — в Кремлевском дворце съездов 22 апреля 1964 года. Но Александров довольно сильно изменил либретто и, добавив туда множество хороших стихов (Блок, Гиппиус и т.д.), сумел сделать нечто совсем другое, чем было задумано автором.

А в Камерном музыкальном театре имени Покровского поставили оперу финского классика Калеви Ахо «Фрида и Диего». Опера совсем новая, ее премьера в Хельсинки состоялась в 2014 году. Название, конечно, неправильное: кроме двух упомянутых  главных героев — Фриды Кало и Диего Риверы — здесь одним из центральных персонажей стал Лев Троцкий. Человек, о котором в России в последнее время говорят больше, чем о Ленине и Сталине вместе взятых. Это, конечно, благодаря сериалам, которые возвели Троцкого на пьедестал то ли ангела, то ли дьявола революции. Поэтому я бы назвал эту оперу как-нибудь позабористее, например, «Ледоруб».

Мы привыкли — к юбилеям надо что-то делать. Даже если начальство на этом не настаивает. Но, надеюсь, на ближайшие сто лет тема революции будет оставлена в покое.

Автор — композитор, заслуженный деятель искусств РФ

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

https://iz.ru/679486/aleksandr-zhurbin/pesn-revoliutcii