Сейчас принято составлять списки "самых". Самых лучших и самых худших. Самых больших и самых маленьких. Самых богатых, самых влиятельных, самых сексуальных – и так далее без конца. Собственно нет такой области, где бы подобные рейтинги не составлялись. Эти списки в бесконечном количестве составляются и в России, и в Европе, и в Америке.
Списки бывают вполне безобидные – "10 лучших видов на острове Суматра", забавные – "50 самых толстых велосипедистов" и коммерческие, всегда подозрительные с точки зрения коррупции: например, рейтинги продаж какого-нибудь автомобиля, рейтинги фильма перед голосованием на премию или рейтинги разных партий в предвыборный период.
Но сегодня я хочу поговорить о совершенно некоммерческом рейтинге. Вернее, даже не рейтинге – списке. Списке 10 самых великих композиторов, который недавно напечатала самая влиятельная газета западного мира "Нью-Йорк Таймс".
Ведущий музыкальный критик этой газеты Антонио Томмазини – критик очень уважаемый, острый, когда надо – едкий, с безукоризненным вкусом – опубликовал этот список после довольно долгой дискуссии и обмена мнениями с читателями (замечу в скобках, что я лично очень ценю этого критика, читаю его почти каждый день, и картина сегодняшнего музыкального мира в области академической музыки для меня во многом создается именно его статьями).
Итак, список опубликован. Вот он.
Бах, Бетховен, Моцарт, Шуберт, Дебюсси, Стравинский, Брамс, Верди, Вагнер, Барток.
Господин Томмазини приводит пространные комментарии к этому списку и говорит, как трудно было уложить в эту десятку всю историю классической музыки – с ее появления в XVII веке и до наших дней (те из композиторов, кто еще живы, в "конкурсе" не участвовали).
Он называет много имен, которые, по мнению читателей газеты, должны были быть в этом списке, – начиная от великих стариков – Монтеверди, Генделя, Гайдна и кончая корифеями XX века – Шёнбергом, Бергом, Хиндемитом, Лигети и т.д.
Лично я бы, безусловно, включил Густава Малера, мне уже доводилось писать на страницах этой газеты, как высоко я его ценю.
Один безумный читатель в ультимативной форме потребовал включения в список композитора Альбинони, автора многих сочинений, в том числе 50 опер, но известного широкой публике лишь одним произведением.
Но вернемся к "списку Томмазини". Ясное дело, это его личное мнение и в общем-то список составлен очень грамотно, все главные Великие в нем представлены достойно.
И никакой политкорректности: из десятки шестеро – немцы.
И все же, все же…
Нельзя не увидеть, что в списке блистательно отсутствуют русские композиторы.
Нет, конечно, есть Стравинский. Он, безусловно, этнически абсолютно русский, родился в Петербурге и всю юность провел в России. Однако уже в 1910 году, задолго до октябрьских беспорядков, он с семьей переехал на Запад, стал французским гражданином в 1934 году, американским гражданином – в 1945-м и приехал в Россию с коротким визитом всего один раз на свое 80-летие в 1962 году.
Можно долго спорить на тему, была ли его музыка русской, здесь не место для этого. Но то, что он был один из самых крупных мировых космополитов, собственно воплощением космополитизма как стиля жизни, – с этим, пожалуй, не будет спорить никто.
И вот я, человек не замеченный ни в каком ура-патриотизме, шапкозакидательстве и славянофильстве, говорю совершенно искренне: За державу – обидно!
И правда – где Петр Ильич Чайковский, самый исполняемый композитор на нашей планете, создатель незабываемых мелодий? Где Сергей Рахманинов, сумрачный гений, воплотивший в музыке свой собственный, ни на кого не похожий мир? Где Сергей Прокофьев, волшебник звуков, неистовый, комический и нежный одновременно?
Где Модест Мусоргский, чьи две оперы украшают репертуар всех музыкальных театров мира, а "Картинки с выставки" распознаются на слух всем населением земного шара? Где Дмитрий Шостакович, последний великий симфонист на земле?
Неужели никто из них не мог войти в десятку лучших? Неужели никто из них не выдержал конкуренции с Дебюсси или Бартоком?
Но, что там говорить, они не вошли. Не будем искать здесь никаких происков ЦРУ или пещерной русофобии. Просто так получилось, такая вышла десятка.
Наверное, финны могут предъявить счет за Сибелиуса, норвежцы – за Грига, а англичане – за Пёрселла и Бриттена. Да и сами американцы могут обидеться – у них тоже были Чарлз Айвз и Леонард Бернстайн…
Но Антонио Томмазини решил именно так.
А может, мы составим свою десятку? Шесть прекрасных имен я уже назвал.
А недавно в Вене рядом с оперным театром я с удовольствием сфотографировал плиту на асфальте с именем нашего великого соотечественника – Альфреда Шнитке. А ведь и он мог бы попасть в топ-десятку.
Впрочем, может, и не нужны все эти списки?
Ведь любовь к музыке мы носим внутри себя. И никакие списки не повлияют на нашу любовь к музыке великих русских композиторов.
